1-8 Схождение Благодатного Огня как знамение


  Возможно, традиция интерпретировать чудо Благодатного огня как «знамение самовозгорания» идет от не-христиан, а именно от мусульман. По крайней мере, известно, что по «святому огню» Великой Субботы гадали и исламские владыки далекого прошлого, и простое население Палестины (в т.ч. и современное). Напомним, что для до-христианских (по своей сути) религий гадание по «знамениям» и явлениям, трактуемым как знамения (полет или граяние птиц, размеры внутренностей животных и т.п.), является характерной и существенной чертой. Гадали и мусульмане по «святому огню» – на урожай или неурожай в данном году и т.п., истолковывая как нечто сакральное время появления огня и пр. При этом, подчеркнем, знамение было достоверным для мусульман (а значит, были в истории случаи такого удостоверения). Считая этот огонь священным, мусульмане, однако, не принимали спасительной Благой Вести, которую несет сам этот огонь – вести о Воскресении, довольствуясь именно внешней стороной. Иными словами, знамение, вполне достоверное для них, так и не стало для них доказательством чуда. Этот «знак» они наделяли собственным смыслом, не видя в нем подлинного христианского содержания всякого чуда – спасительной благодати.
Сегодня, подобно мусульманам, гадает по Святогробскому огню бедуинское население Палестины, в том числе «православное». У наших же православных соотечественников установилось другое гадание по огню Великой Субботы – гадание на «конец света» (не будет огня – значит, конец света). Этому моменту уделяют внимание очень многие из тех православных, кто едут на Пасху ко Гробу Господню, кто смотрит иерусалимские трансляции в Великую Субботу или просто ждет сообщения от агентств новостей (а есть и такие). Между тем, об «испытании времен и сроков» как опасном заблуждении говорили Христос и апостолы (напр., Деян.1:7, а также 1Фесс.5:1-2).
Правильное отношение к теме страшного суда хорошо сформулировано в известных стихах Григория Нарекаци, армянского богослова и церковного поэта XII века: «Но Божий суд не есть ли встреча с Богом? Где будет Суд? Я поспешу туда». Грехов, а не Суда и встречи с Богом должен страшиться православный человек. Такое отношение к Страшному Суду предлагали и православные подвижники, учившие к каждому дню жизни относиться как к последнему дню (т.е. последнему шансу на покаяние).
Т.о., вопрос о времени кончины мира не есть православный по своей сути вопрос, это типичное «гадание по знамениям», свойственное дохристианскому сознанию. Сам термин «страшный суд» не есть в Православии догматическое определение, он встречается большей частью в проповедях и песнопениях, взывающих к нашей совести и настраивающих нас на покаянный лад. Никео-Царьградский символ Веры Православной не знает термина «страшный суд» и не называет это событие страшным – напротив, это радостное «воскресение мертвых», наша собственная Пасха, и мы исповедуем, что «чаем» его, т.е. ожидаем, стремимся к нему, живем надеждой на него (11 член Символа Веры).

просмотрено раз: 4343

Модуль создания страниц v.1.14 (c) TO4KA Programming Team: AlexLeonov & Big_Vyvorot